Региональная газета Компаньон и К<sup>о</sup>
№45 от 15.11.2017

15.11.2017 | Революция в Талдоме

Рассказ участника событий

Я родился в год 50-летия Октябрьской революции 1917 года. Потому о революционных событиях знал в основном из книжек и учебников. Тем удивительнее была встреча, которая произошла ровно тридцать лет тому назад, когда довелось познакомиться со столетним Алексеем Ивановичем Пикуновым – активным участником событий 70-летней давности.

Алексей Иванович был удивительным человеком. В свои сто лет он не только самостоятельно обслуживал себя, а мог при случае и крышу сарая сам перекрыть. Это не слова: нанял он мастеров, а они, взяв аванс, ушли в запой. Он не стал их дожидаться, сам всё починил. А когда мастера пришли снова, сказал: "Сынки, поздно, я уже сам всё сделал".

События 70-летней давности врезались Алексею Ивановичу Пикунову в память так, словно это было вчера. А рассказ его сильно отличался от тех правдоподобных "баек" советской поры, что выдавались за правду на музейных стендах и в газетных публикациях.

Такие встречи запоминаются навсегда. И сегодня, в дни 100-летия революции, хочется ещё раз вспомнить правдивый рассказ очевидца о том, как в Талдом пришла советская власть.

Алексей Иванович рассказывал:

– Мои родители, башмачники, жили и работали в Москве. А когда остались без работы, приехали в Талдом - мать моя местная, из Дубровок, была. Дали нам место на Тверской улице, отстроились. Когда я подрос, отдали меня в артель Дмитрия Спиридонова. За любую провинность бил он нас, ребят, дратвой. Бил страшно. Я не выдержал у него, сбежал, и отец отдал меня в другую артель, где порядки были полегче. Пошел в армию. Служил в гренадерском полку, гоняли нас нещадно. В Киеве, во время Первой мировой войны, видел Николая II, он выступал перед нами, солдатами, призывал воевать "до победного конца". Но мы не хотели воевать, говорили: "Своей земли не отдадим ни вершка, а чужой не желаем". Нас, двадцать человек, за отказ наступать присудили к расстрелу. Я бежал, служил в тылу. А в Талдом попал, когда кончилась мировая война и стали распускать старую армию: нам дали сперва по двадцать суток отпуска, а потом и вовсе отпустили.

Домой пришел, ребятишки, сестры, мать — голодные, хлеба в доме ни куска нету. Талдом в ту пору был небольшой — Тверская, Калязинская да Московская улицы. Только-только ввели газовое освещение. Грязища непомерная, сейчас и не сравнишь...

…Я сызмала знал Михаила Петровича Седова (первого руководителя советской власти в Талдоме), он тоже был из семьи башмачника, наши матери дружили. Когда его арестовали, моя мать посылала ему в тюрьму передачи. Выйдя из тюрьмы, он работал у местного богатея Смирнова.

Когда мы с фронтов повозвращались, часто собирались в кружок в чайной, у Ольги-вдовы. Бывали там Михаил Петрович Седов, Собцов, Костерин, Сергей Качалов, Петр Павлович Корьевкин, я, Платов иногда заходил. Они-то и организовали в Талдоме советскую власть. А я как малограмотный, но знающий ещё с действительной гарнизонную службу, стал милиционером.

Национализацию сделали, обложили купцов налогом. Самогоном много торговали, мы его отбирали и выливали в снег. Никто из наших вино не пил. Такая милиция подобралась, неграмотные все, но порядочные люди.

Вместе с комиссаром продовольствия Николаем Моисеевичем Собцовым я ездил на Вотрю арестовывать богача Калыгина. Он был лесоторговцем, на торгах в Кимрах продавал лес. На него и местные работали, и наемные — из Куймина и других мест. Этот Калыгин, узнав о нашем приезде, убежал.

Собцов был человеком безжалостным. Получив после революции неограниченную власть, он пользовался ею сполна. Солидных богатеев вокруг было немного – хлеб изымали просто у тех, у кого дома были просторнее, амбары полнее. А какие они богатеи, когда в семье 10 - 15 человек детей. На такую ораву и дом просторный нужен, и амбары полные. Иначе до весны еды не хватит. А когда отбирали всё, этим обрекали большую семью на голодную смерть.

Народ роптал, и особую ненависть вызывал комиссар продовольствия.

К остальным большевикам относились гораздо терпимее. Седов, ставший руководителем местной ячейки, вместе с товарищами ратовал за обустройство города, за помощь всем землякам. Он убеждал тех, кто готовился к голодному бунту: "Нельзя вернуть старое, это все рухнуло, к этому возврата нет". Эти его слова я запомнил на всю жизнь.

Но голод победил. Толпа собралась в Квашёнках и двинулась на Талдом, в каждой деревне прирастая новыми попутчиками. Лозунг у людей был один: "Власть, дай хлеба!"

Я как раз шёл на пост, и мне встретился Михаил Большинский, который предупредил, что в Талдоме неспокойно, шумят с флагами. Я успел спрятаться. Бунтовщики побежали на станцию — оборвать телефон, чтоб сообщения не было, потом толпа пошла к милиции. По дороге им попалось несколько большевиков, но к ним особой вражды не было – побили, но убивать не собирались. Двинулись к дому своего главного обидчика – Собцова, но, не найдя его, ушли. Их вернула жена соседа-купца Гузикова, которая кричала: "Я в окно видела, он тут, дома, ищите его".

Седов с товарищами не прятался от народа, пытался вразумить толпу, а вот комиссар продовольствия, чуя свою вину перед народом, спрятался в подполе. Толпа нашла его, вытащила на улицу, били до полусмерти, потом убили. Пошли по Талдому, прошли по Московской, Тверской. Я жил на Тверской. У меня еще мать жива была, спросили ее: "Где Лёня?" А я в это время встретился за городом с Петром Павловичем Корьевкиным и Петром Седовым (отцом Михаила Петровича), и мы пошли в Савелово, за подмогой...

Восстание подавили, ввели комендантский час. Много потом мятежников позабирали. Похоронили Собцова, а потом организовали в Талдоме артель и назвали ее именем Собцова…

От себя, автора, добавлю, мне довелось работать с архивами той поры: власть всегда умела мстить. За одного убитого комиссара забрали более ста человек, никто из них в Талдом не вернулся…

А Алексей Иванович Пикунов прожил очень долгую и достойную жизнь. Умер он, если мне не изменяет память, 107 годов от роду. А дом его по сей день стоит на одной из улиц города, там живут его родственники. Они, как и я, вспоминают рассказы деда о событиях столетней давности…

Алексей Куманичкин

Вернуться назад

Подписка ОНЛАЙН

Доска объявлений

Голосование

Copyright 2002-2012 © Издательство ООО "Грань"